Оно

 «Все-таки в дерьме что-то есть, миллионы мух не могут ошибаться» — Станислав Ежи Лец

Есть у меня дурацкая привычка, когда нахожусь дома во время приготовления или потребления пищи — включать телевизор.
У меня нет кабельного и если повезет я останавливаюсь на «Россия-Культура», на островке здравомыслия в море кипучего говна. Но если по Культуре гоняют какой-нибудь концерт классической музыки или воспоминания никому не известного, но «горячолюбимогонародногоартиста», то тут – увольте, скучно.

Я стараюсь подходить к этому процессу, как доктор к пациенту. Нужно понять суть происходящего, определить симптомы, но при этом не пропускать все через себя, а то сам заболеешь.

Еще Булгаков, устами профессора Преображенского говорил: «не читайте до обеда советских газет»:

А вот сегодня – хлебнул. И ощущения – примерзкие, хочется его куда-то выплеснуть, смыть с себя. Но оно лезет с разных сторон: из телевизора, кричит что-то на синем фоне со щита, пролазит в почтовый ящик, все больше просачивается в интернет. 

И кажется, что от говна можно спрятаться только в ванне, защелкнув щеколду и погрузив тело наполовину в воду.

Многие стараются мыслить позитивно, и предлагают смотреть на говно, как на глину из которой можно что-нибудь построить. Но, извольте, я могу попытаться обмануть свой разум, перекроить словарный запас и попытаться называть глиной то, что я раньше называл говном. Но я не могу обмануть свое обоняние, которое сообщает мне, что разит от этого всего очень скверно. Я не могу совладать с базовыми рефлексами, которые вызывают тошноту при виде размазанной жижи.

Природа вшила в нас эти рефлексы, чтобы защитить от отравления и смерти. Мы не едим протухшую пищу, потому что это вредно, но в первую очередь дурно пахнет. Мы болезненно реагируем на сцены насилия над себе подобными, потому что в подкорку вшито, что это грозит исчезновению нашего вида. 

Говно, как не назови – все равно воняет.

Конечно, изучение человека шагнуло далеко вперед. Мы научились делать синтетическое говно, без запаха или придавать ему различные оттенки. Мы даже обратили взор к говномодернизации и нано-говну. Возможно, наука шагнет так далеко, что станет удалять отвращение к фекалиям на генетическом уровне. В крайнем случае, можно привить любовь к какашкам законодательно. 
Можно будет давать почетные титулы тем гражданам, кто больше всего производит говна. И у кого куча выше – тот и главный. Царь говнры.

Надев респиратор и оснастив все доступные каналы коммуникации фильтрами, я стараюсь не вдыхать этих паров. Видел как люди пьянеют, вдохнув говнишка поглубже. Их увлекает процесс создания какашек и они уже не могут остановиться в этой гонке, ведь пирамидка постоянно растет, и свежий воздух так заманчиво мерцает где-то в высоте.

Но может, есть другой выход? Может просто, нужно прекратить срать и попробовать избавиться от зловония на улицах, в газетах и телевизорах.

Песенка в тему:
«…Дайте мне вёдра
Дайте мне вилы 
Острую лопату 
Швабры, грабли и силы
Буду убирать
За собой и за вами
Буду умирать молодым, (ой!) с вами…»